Протоиерей Геннадий Беловолов (otets_gennadiy) wrote,
Протоиерей Геннадий Беловолов
otets_gennadiy

Categories:

Один день из жизни современного батюшки

Встретил на подворье Евгению Семеновну, нашу прихожанку, которая помогает в свечной лавочке. Но главное ее послушание – служение в детских домах, где она проводит встречи детьми, устраивает для них праздники, конкурсы, привозит благотворительную помощь (если кто-то желает помочь ей, сообщите в личку, я свяжу с нею). Всегда удивлялся, как уже не молодая женщина совершает столько благих дел?! Никогда не унывающая, она и на этор раз искренне улыбалась. Но неожиданно с тревогой спросила: «Батюшка, что с вами случилось? Уже двадцать дней, как вы ничего пишете в вашем блоге. Я вся распереживалась. Может быть, с вами что-то случилось?» - «Милостью Божией, жив-здоров. Ничего не случилось, кроме одного: лето – ремонтный сезон. Весь день дела. А дни сейчас самые длинные в году. К вечеру уже нет ни сил, ни мыслей на интернет. Летом труднее вести блог, чем зимой».
В успокоение своих читателей и друзей решил описать один день из жизни священника без каких-то художественных домыслов и прикрас.
Утром в 8 утра на подворье пришел Владимир. Он работает в фирме по оптовой продаже багета. Как-то зашел в наш храм, что-то тронуло, стал посещать. Сам подошел ко мне и спросил, чем помочь, не нужно ли оформить какую-нибудь икону багетом? Как раз случилось, что в этот день после реставрации вернули икону восшествие св.Ильи пророка на небо из моего Заборского храма. Мы все промеряли, он заказал багет, потом взял икону на один день и 27 июня принес в храм. Икона преобразилась. Но особенно мы были поражены тем обстоятельством, что на иконе на переднем плане была изображена большая фигура пророка Елисея, который как раз празднуется в этот день. Тут же пропели запевы и величание пророкам Илье и Елисею. Это так вдохновило Владимира, что он пожелал еще оформить какую-нибудь икону. Вот мы и встретились на этот предмет перед его работой. Он принес образцы багета. Осмотрели нашу ризницу. Выбрали две иконы Спасителя и Благовещение. Первая икона та самая, которую нам подарили по благословению настоятельницы Свято-Елеонского монастыря игумении Моисеи и которую мы называем Спас Грядущий. Икона большая, высотой почти два метра. Багета нужно более шести метров, но это не остановило Владимира.
К 10.30 я должен был быть на Комендантском проспекте – пригласили освятить паломническую службу. В этом году у нас на Курсах церковного чтения училась раба Божия Наталия, живая активная верующая. Почти после каждого занятия она подходила ко мне с вопросами. Как-то она подошла со скорбью: ее уволили из туристической фирмы, где она работала туроператором. Что делать? «Батюшка, я чувствую в себе много сил, у меня есть опыт и желание. Благословите организовать собственную паломническую службу. Конечно, одних паломничеств не хватит. Буду и туристические группы возить, но с духовной основой». В таких случаях чувствуешь особую ответственность за свои благословения. Благословишь непосильное, а человеку потом надрываться и сокрушаться, что не может сделать. Я подумал, посмотрел на невысокую девушку, стоявшую передо мной, и в тот момент она мне почему-то напомнила русского богатыря, в котором пребывает великая сила. Мне показалось, что Господь даст ей по ее вере и силы и разум для этого дела. Я благословил ее. Периодически она подходила ко мне и делилась трудностями, спрашивала, кому молиться, чтобы ей найти помещение? «По вопросам недвижимости нужно обращаться к Спиридону Тримифунтскому. Сам в своей время молился целый год и получил все, что надо…» В какой-то момент я стал сомневаться, что что-то получиться. Какова же была моя радость, когда Наталья недели полторы назад позвонила и пригласила освятить ее офис. «Батюшка, а как благословите назвать службу?» «Называть детей право родителей. Это твое детище, назови так, чтобы тебе нравилось. Я могу только посоветовать». «Может, просто паломник?» «Никто не запомнит. Уже есть что-то похожее… Надо кратко и запоминающеся, советую например, «Стезя». Сразу видно, что слово церковно-славянское, приятное на слух, кратко и запоминающеся…» «Ну я подумаю…»

Отъехав, я вспомнил, что не взял паспорт, а он мне понадобиться, чтобы сдать душевую в Кастораме. Пришлось вернуться. К Наталье приехал уже в двенадцатом часу. Район Комендантского проспекта знаю плохо. Нашел по навигатору.
Наталья сняла для своей паломническо-туристической фирмы офис в аренду на первом этаже девятиэтажки. Меня сразу удивил нестандартный дизайн. Она пояснила, что до этого это был салон красоты, поэтому ей досталось в наследство приличное помещение. В центре на столе стояла икона Спиридона Тримифунтского: «Я считаю его нашим покровителем».
После освящения попили чай с пирогами. Она рассказала, что регистрация новой турфирмы дело очень сложное. А без юридического лица невозможно ничего сделать. И тогда она зарегистрировала себя как филиал екатеринбургской туристической фирмы, которая занимается поездками в Святую землю.
«А нашу паломническую службу я решила назвать «Стезя». «Что ж, доброй вам стези! Куда же вы уже съездили?» «Пока еще никуда. Ждали освящения. Ну вообще, будем возить по святым местам России и Европы, а главное – Святая земля. У нас будут самые недорогие поездки…»
Я пожелал Божьей помощи паломнической службе. Мы попрощались. Подкрепляя свои благопожелания, хочу выполнить роль рекламного агента и сообщить телефон Натальи для всех, кто желает помочь или воспользоваться паломнической службой «Стезя».
От Натальи я направился в промзону Парнас, на склад Керамо-Марацци. Здесь мне нужно было получить напольную плитку для комнаты в подвале на Леушинском подворье, где у нас сейчас идет ремонт. Если вы не бывали в этом месте с таким выразительным названием промзона Парнас (в котором так парадоксально слились сугубая проза – «промзона», и высокая поэзия – «Парнас»), скажу сразу, описать эту зону не просто. Я уже второй раз был здесь. Представьте себе целый район, где нет никаких жилых строений: только офисы, сервисы, склады, целые проспекты из одних складов. И постоянно подъезжающие и отъезжающие фуры. Зона, в которой царствует материальная сторона жизни Петербурга. Какое-то странное чувство переживаешь в этом мире, где материя кажется действительно первична по отношению к сознанию. Невольно вспомнился пророческий образ у Достоевского «телег, подвозящих хлеб человечеству». Чтобы сейчас сказал герой писателя, который уже тогда восклицал: «Не верю я, гнусный Лебедев, телегам, подвозящим хлеб человечеству!»
В довершение всей этой какой-то фантастической картины нужный склад оказался на улице с древнерусским названием - Домостроительная, которая у меня тут же связалась с Домостроем.
Одна наша прихожанка , которая выполняет непростое послушание бухгалтера Мемориальной Квартиры св.Иоанна Кронштадтского, работала в фирме Керамо-Марацци, но по старой памяти для нее до сих пор делают торговую скидку, чем я периодически пользуюсь. Для ускорения и удешевления процесса получения второй раз езжу сам получать ее. Загрузили плитки почти 700 кг, погрузчик поставил поддон с плиткой у машины и тут же укатил. Мне пришлось самому взять на плечо указанный вес, погрузив плитку в машину.
Дальше мой маршрут по КАДу следовал в Кронштадт. Я по четвергам стараюсь бывать в Мемориальной Квартире. Это у меня «музейный день»: совершаю молебен, вычитываю собравшиеся записки паломников, приурочиваю дела по Квартире. Но в этот день у меня было еще одно дело, о котором чуть позже. От промзоны до Кронштадта километров сорок – полчаса и уже на острове Котлин в гостях у батюшки.
Но у дома Дорогого Батюшки я застал неожиданную картину: вокруг скверика стояла дорожная техника, вдоль ограды блоки тротуарной плитки в упаковке, какие-то люди с лопатами в спец одежде занимались уничтожением посадок. Картина неожиданная, но я сразу понял в чем дело. Несколько месяцев назад опять же случайно я застал в скверике начальника жилконторы с двумя специалистами, которые что-то замеряли и записывали. Оказалось, что город выделил большие средства на реконструкцию сквера. В нынешнем виде скверик был оформлен лет пять назад к 100-летию Иоанна Кронштадтского. В свое время в архиве мы нашли его старый план. При о.Иоанне сквер имел планировку в виде креста с кргом в центре. Именно так и был он реконструирован. Потом почитатели Иоанна Кронштадтского стали здесь делать «мемориальные» посадки: дубок, от желудя из Иоанновского монастыря, деревце с родины о.Иоанна - Суры, просто цветы или кустики от щедрот. Хотя все это носило несколько стихийный характер, но этих посадках была какая-то живинка и – главное – любовь к Батюшке.
Но видимо кому-то показалось, что все это недостаточно красиво или нашлись лишние деньги, которые нужно было «освоить». Я попросил показать мне проект, когда он будет готов, а также предложил заказать скамейки в той кузнечной фирме, где мы в прошлом году ковали крыльцо-навес над входом, чтобы соблюсти единство стиля. После той встречи я больше никого не видел и не слышал до сего дня. Я сразу все понял: проект уже реализуют, причем полным ходом. Работали, естественно, загорелые представители среднеазиатской республики. На моих глазах посадки уничтожались, снимали верхний слой почвы. Сестры дежурившие в этот день в квартире, встретили меня в испуге: что происходит? Я попытался выяснить. Бригадир смотрел на меня восточным взором, в котором трудно было что-то угадать. «Мы все делаем по плану», – отвечал он. Тут же оказался и ответственный представитель городской администрации по имени Александр. Он показал мне уже утвержденный во всех инстанциях проект, по которому скверик должен быть выложен тротуарной бетонной плиткой (которой, конечно же, никогда не было при о.Иоанне), старые посадки должны быть уничтожены и сделаны новые. «А скамейки как же?» Александр показал мне изображение запроектированных скамеек: это было изделие китайского производства для дачных и приусадебных участков. «А как же хотели выковать по специальному проекту?» - «Нет-нет, мы должны выбрать по каталогу».
Глядя на развороченный скверик, было грустно думать, что в очередной раз большие деньги тратятся на безликие проекты. Я понимал, что машина запущена и ее уже не остановить. Что в этой ситуации можно сделать? Я показал те посадки, которые нужно обязательно сохранить: дубок о.Иоанна Кронштадтского, какие-то деревья и кусты. Было ясно, что цветы не спасти, поскольку по проекту верхний слой грунта полностью снимался и уже частично был снят. Я попросил наших сестер в Квартире написать объявление и позвонить почитателям о.Иоанна, жителям Кронштадта, что можно взять цветы из скверы о.Иоанна и посадить у себя на клумбе или на даче, ведь они успели освятиться на этом святом месте. Мы также позвонили во Владимирскую церковь, прихожане которой также сажали здесь цветы. К сожалению, телефон Татьяны Сартаковой, которая ухаживала за клумбами, не отвечал.
Здесь мне невольно вспомнилась другое произведение русской классической литературы – пьеса Чехова «Вишневый сад». Было жаль трудов простых почитателей Иоанна Кронштадтского, которые несколько лет любовно обустраивали и высаживали это скверик. Единственное, что утешало – это то, что сохранена изначальная планировка сквера. А это главное. Ну, а к новому скверу, надеюсь, в конце концов привыкнем. А те паломники, которые его не видели прежде, вообще ничего не заметят… Сестра Надежда, дежурившая в этот день в Квартире, утешала меня: «Батюшка, зато осенью и весной в Квартире не будет грязи, из скверика не будут заносить, теперь там будет плитка…» Я взял телефон ответственного Александра, чтобы быть на связи.
В Квартире я помолился Дорогому Батюшке, чтобы он сам направил все действие по своему небесному проекту. По-крайней мере, приехал я во время. А то ведь мог и вообще не узнать.
К 3 часам мне нужно было быть у кронштадтского прокурора. Это и было то самое важное дело. На прошлой неделе в Квартиру пришли пожарники, естественно, выявили у нас много нарушений противопожарной безопасности, например, отсутствие второго выхода на втором этаже в Мемориальной Квартире, и вынесли предписание о возбуждении дела об административном правонарушении. Мне было велено явиться к прокурору для выяснения всех обстоятельств. Должен признаться, что с прокурорами мне никогда прежде не приходилось общаться. С адвокатами – да, с судьями – да, а вот с прокурорами – нет. Уже само слово «прокурор» внушает какое-то подсознательное волнение. Конечно, срабатывает ассоциативная связь «прокурор» - «прокуратор». Узнал, где в Кронштадте находится прокуратура – на Петровской улице. Но как только увидел кронштадтского прокурора Вадима Алексеевича волнение сразу прошло. Он принял меня у себя в кабинете. Я начал оправдываться: «Мы люди законопослушливые. Учим исполнять закон Божий и закон земной (если, конечно, второй не противоречит первому). И сами готовы исполнить предписания пожарной инспекции». Но он стал в свою очередь извиняться: «Вы нас простите ,что мы вас оторвали от ваших важных дел. Это была внеплановая проверка. Сверху пришел циркуляр проверить все общественные места на пожарную и антитеррористическую безопасность». Он говорил очень доброжелательно, тут же добавил: «Я с уважением отношусь к вашей деятельности. У меня ведь тоже кабинет освящен. Отец Михаил приходил из Владимирской церкви…» В какой-то момент мы разговорились по душам. Я рассказал о музее. Он о том, что они инспектировали гастарбайтеров, которые работают в скверике. Один из них, ничего не подозревая подошел к ним и спросил, нет ли в городе еще какой халтуры. Узнав с кем имеет дело. Тут же куда-то убежал.
В какой-то момент я уже стал забывать, кто к кому пришел на прием. Но в конце Вадим Алексеевич вновь напомнил о предмете нашей встречи. Вручил мне перечень нарушений и сказал: «Вообще-то, если поступать строго по закону мы должны были бы до исправления нарушений закрыть ваш музей, а вас подвергнуть административному наказанию в виде штрафа. Но мы все-таки понимаем специфику вашего учреждения и я решил не применять к вам никаких санкций, сделать вам предупреждение устно, на следующей неделе я подготовлю вам письмо с перечнем требований, на которое вы нам должны ответить и указать сроки исправления». Разве это не чудо Иоанна Кронштадтского! Об этом я так и сказал Вадиму Алексеевичу и пригласил его с сотрудниками прокуратуры посетить Квартиру в удобное для них время. Расстались мы как друзья и единомышленники.
Назад в Питер я возвращался по КАДу уже по южному берегу. Так приятно ездить в Кронштадт – получается завершенный круг вокруг Кронштадта. По пути заехал в Кастораму, сдал душевой угол, который не подошел нам по размерам в подвале: нужно не 90х90, а 80х80.
Я уже опаздывал на подворье, где меня после рабочего дня ждали рабочие. Мы должны были погрузить бюст Петра Первого в нашу новую машину Ивеку для доставки в Сомино.
Этот год у меня получился посвященным Петру Первому. В начале года я проводил вечер-концерт, посвященный Государю. Мы издавали книгу изречений российского императора. В Поселке Ефимовском у Царского поклонного креста проводили 12 июля в день рождения Петра государственный праздник. Но главным событием станет установка памятника царю Петру.
Я давно хотел особенным образом почтить память Петра Первого у себя на дальнем приходе. Этот юбилейный год, когда мы вспоминаем 300-летие посещения царем Петром Тихвинского и Соминского края, поторопил события. Бюст удалось выпросить у фонда Аллея Российской славы. А постамент пообещал пожертвовать Владимир Евгеньевич Загарских. Бюст нам доставали из Краснодарского края еще в мае. Все это время он стоял во дворе подворья. И вот в Сомино привезли постамент, пришло время везти и бюст. Почетное право отвезти царя на дальний приход я предоставил самому себе, а больше и некому было. Весит он почти 400 килограмм и поэтому его погрузка была делом не простым. Я собрал всех рабочих, которые у меня в настоящее время работают на подворье, в том числе и двух узбеков, которых мне предоставили на недельку из одного предприятия. Когда целая бригада из 8 человек, разных возрастов и разных национальностей (были еще и молдаване) обступила бюст императора, это напоминало модель империи в миниатюре. С бюстом обращались как живым: «Ты поосторожнее с царем!» - слышались возгласы. Все были на каком-то подъеме, чувствовали торжественность момента. Чтобы поставить бюст в машину, пришлось положить деревянные лаги и по ним затащить тяжую скульптуру, которую я предполагал завтра рано утром повезти в Сомино. Нужно было лечь пораньше. Получилось ровно в час ночи. Молитвенное правило было по принципу «краткость – сестра таланта».
В такие дни чувствуешь себя больше не «рабом Божиим», а «прорабом Божиим», хотя это можно воспринимать и как повышение по должности.
Писать что-либо в блог не было уже никаких сил. Поэтому эту запись делаю спустя неделю.

Tags: Кронштадт, Леушинское подворье, Петр I, Св.Квартира_Иоанна_Кронштадтского, Сомино, иконы, музей, паломничество, памятник, священство, царь, чудо
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 46 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →